Профессор Валентина Хватова:
«Клиническая гнатология —это основа, которую должен знать каждый стоматолог»

«ДентАрт» №2, 2008 год

С Валентиной Александровной Хватовой из Профессорской авторской стоматологической клиники на Арбате корреспондент «ДентАрта» встретилась, когда профессор только приехала из Москвы в Полтаву и в учебном классе клиники-студии «Аполлония» готовилась к занятиям с группой курсантов из разных городов Украины, которые уже не первый раз приезжают, чтобы расширить свои познания в клинической гнатологии. А лучшего учителя, чем Валентина Хватова, председатель секции СтАР «Клиническая гнатология», конечно, не найти. В гнатологии она — звезда первой величины. И Дон Кихот с артикулятором, штурмующий крепости чиновничьего равнодушия. И уставшая, но упорно преодолевающая барьеры бегунья на длинные дистанции…

— Валентина Александровна, что побудило Вас стать инициатором создания секции клинической гнатологии при Стоматологической ассоциации России?

— Секция была создана в сентябре 2002 года, эту идею поддержали и тогдашний президент СтАР профессор Валерий Леонтьев, и профессор Владимир Вагнер, нынешний президент Ассоциации, и совет СтАР проголосовал за создание секции единогласно. Причины понятны. По данным судебной экспертизы, количество жалоб на стоматологическую помощь в России в настоящее время достигает 40% среди всех претензий, предъявляемых к врачам разных специальностей. Считаю, что одной из причин такой ситуации является недостаточное внимание к проблемам гнатологии — основополагающей общестоматологической науки, знание которой необходимо для диагностики и лечения стоматологических заболеваний, восстановления функции, эстетики и фонетики.

Таковы были основные причины, побудившие нас выступить с инициативой создания в рамках СтАР секции «Клиническая гнатология».

К тому времени уже была основа для ее создания: нами была разработана программа повышения квалификации врачей по гнатологии, опубликованы 4 монографии по ее основам, более 200 статей в центральной печати, защищена докторская (В.В. Баданин) и четыре кандидатских диссертаций по гнатологии (С.И. Шестопалов, А.В. Басов, А.А. Ступников, С.Н. Супрунов).

— Что удалось сделать за эти годы?

— Уже провели семь конференций — пять в рамках СтАР и две в «Ортодонт Центре». Более 600 врачей и преподавателей обучено на занятиях по гнатологии, в том числе на выездных циклах. В журнале «Маэстро стоматологии» опубликовано много статей по теме «Диагностика и лечение мышечно$суставной дисфункции» и «Гнатологические основы восстановления функции и эстетики».

В апреле 2001 года была открыта Профессорская авторская стоматологическая клиника на Арбате, где вскоре был создан учебно-консультационный стоматологический центр. В программу Центра вошли такие темы, как артикуляторы и их применение; диагностика и лечение мышечно-суставной дисфункции; лечебно-диагностические окклюзионные шины; избирательное сошлифовывание зубов. Проводим выездные семинары по основам клинической гнатологии. Они уже состоялись в Санкт-Петербурге, Тобольске, Оренбурге, Калининграде, Нижнем Новгороде, Тюмени, Омске, Ханты-Мансийске, Новосибирске, Томске, Уфе, Владивостоке, Хабаровске, Ноябрьске, Надыме, Казани, Перми и других городах.

Я очень довольна курсантами, которые собрались в Полтаве. Это врачи из разных городов Украины. На занятиях будет совершенно новый материал, который у нас еще не знают — в отличие от стоматологов Европы. Но тут нечему и удивляться — я только что приехала с юбилейного заседания секции клинической гнатологии Стоматологической ассоциации Германии и Австрии, так у них это было 40-летие. А нашей секции клинической гнатологии 18 сентября прошлого года исполнилось только пять лет.

Веду раздел «Клиническая гнатология» в журнале «Маэстро стоматологии», наполнить его архисложно, приходится как бы самой «выращивать» авторов. Но я думаю, что ситуация изменится, и большие надежды связываю с молодыми стоматологами, с которыми веду занятия на курсах от Надыма до Полтавы и от Калининграда до Владивостока.

Вот приехала в Украину и вспомнились события 30-летней давности, точнее, 1975 год. Я тогда была на курсах усовершенствования преподавателей в Киеве, в Академии последипломного образования врачей, на кафедре ортопедической стоматологии, которой тогда заведовал Сергей Иосифович Криштаб. Очень интересные были занятия. На кафедре работали уникальные специалисты: Зинаида Филипповна Василевская, Татьяна Валентиновна Шарова и др. В Академии был стоматоневрологический кабинет, они лечили тяжелейшие заболевания. В лечении активно использовали травы. Была у них даже специальная бригада, которая летом выезжала в определенные места и их собирала. Готовили настои. В кабинете, помню, стояли черные бутыли, и пациенты приходили с баночками за лечебным снадобьем.

Я в Москве тоже работала на кафедре стоматоневрологии, поэтому опыт киевских коллег мне был очень интересен. А уникальность киевской кафедры состояла в том, что на одной кафедре была и ортопедия, и ортодонтия. Хотя дисциплины родственные, как две сестры, но они везде разделены. Не дошло бы дело до того, что одна кафедра будет один зуб лечить, а другая — другой. А вот клиническая гнатология (старое название — биомеханика зубочелюстнолицевой системы) объединяет все разделы стоматологии.

— Когда Вы всерьез начали заниматься проблемами гнатологии?

— Лет тридцать назад. Я ученица профессора Вениамина Юрьевича Курляндского, который развивал функциональное направление в стоматологии. А потом немцы открыли в Москве учебный центр «Ивостом». Здесь было много артикуляторов, которых наши стоматологи не видели никогда. Меня пригласили в этот учебный центр преподавать, зная, что у меня уже есть свой простенький артикулятор, с которым я работала, я прочитала много учебников и статей по гнатологии на немецком языке, много раз ездила на учебу в Германию. Естественно, меня интересует, как развивается гнатология в разных странах. Надеюсь, что мы не будем повторять тех ошибок, которые были в Европе, а перешагнем через них и таким образом опередим своих западных коллег. Все зависит от нас, от нашей молодежи, которая должна продолжить наши исследования и клиническую практику.

— Видите ли Вы серьезные улучшения в подготовке студентов по гнатологии?

— Подвижки очень небольшие. Я проработала более 40 лет в Московском медицинском стоматологическом институте (сейчас университет). За эти четыре десятилетия с точки зрения получения знаний по клинической гнатологии изменилось очень мало. Даже как бы отошли от тех принципов, которых придерживался когда-то Курляндский, олицетворявший московскую школу стоматологов.

Не раз приходится иметь дело с пациентами, которым имплантаты поставили или реставрацию сделали, а как пациент будет смыкать зубы, не подумали. Ортодонты при лечении не учитывают характер смыкания зубных рядов при жевании, получают осложнения и т.п. Ко мне на консультацию поступают тяжелые больные с лицевыми и шейными болями, бруксизмом, патологией жевательных, шейных мышц. Наблюдения показывают, что во многих случаях патология зубочелюстной системы тесно связана с патологией опорно-удерживающего аппарата человека, психологическим стрессом. Поэтому многие пациенты нуждаются в комплексном лечении с участием невропатологов, остеопатов, психотерапевтов и других специалистов. Тяжелых больных — с бруксизмом, с болевым синдромом — я начала лечить совместно с клиникой неврологии и остеопатии.

Знание гнатологии — основа успешного лечения и профилактики осложнений во всех разделах стоматологии. Например, абсолютно необходимы глубокие знания по гнатологии в таком новом направлении в стоматологии, как ортогнатическая хирургия — исправление скелетных аномалий зубочелюстной системы хирургическим методом.

А знаете, кому труднее всех? Стоматологам$ терапевтам. Зубной техник моделирует, имея перед собой артикулятор, ему все видно. А как создать совершенную реставрацию непосредственно в полости рта? Прямая реставрация — сложное дело, и знания гнатологии здесь супер-важны.

— Если не изменилась ситуация с обучени? ем гнатологии в вузах, то, может быть, есть улучшения в этом направлении в после? дипломном образовании?

— Знаете, я бы сказала, что у нас в России последипломное образование в неудовлетворительном состоянии. Вот где я вижу интерес к гнатологии — так это в хороших частных клиниках. И выходит, что настоящим последипломным образованием занимаются главные врачи частных клиник. Они посылают стоматологов на курсы, в том числе за рубеж. Конечно, есть риск, что хорошо обученный врач со временем уйдет из клиники, чтобы открыть собственное дело. Поэтому в последнее время многие собственники клиник выдвигают условие, что в случае ухода врач возвращает деньги, потраченные на дорогостоящие курсы.

А ведь вузы могли многое дать молодому поколению стоматологов уже во время додипломной и государственной последипломной подготовки. Организация стоматологического образования должна поспевать хотя бы за реальными процессами в стоматологии, не говоря уже о желаемом опережении…

— Ваши планы на ближайшее будущее?

— Для меня большая радость, когда во время выездных курсов встречаю неравнодушных врачей, настоящих профессионалов. Таких встретила в Запорожье, Днепропетровске, Полтаве. И я думаю, что в ближайшее время сотрудничество стоматологов России и Украины, которые занимаются вопросами гнатологии, станет более тесным. Это интересно и даст свои плоды. А выиграют, конечно, наши пациенты.

— Что еще надо сделать для поднятия уровня гнатологической подготовки врачей?

— Везде в вузах и на факультетах повышения квалификации врачей следует создать кафедры клинической гнатологии, практиковать выездные циклы лекций и практических занятий, а также тематические циклы хотя бы для ординаторов в государственных вузах. Организовать курсы повышения квалификации преподавателей по гнатологии — вот то звено, которое вытянет всю цепь стоматологического образования на совершенно новый уровень.

— Как Вы справляетесь с нагрузками, которые добровольно взяли на свои плечи?

— Приходится нелегко, так как, кроме занятий в Профессорской клинике на Арбате, много ездим по всем регионам, да и журнал забирает немало времени. Но я привыкла предъявлять высокие требования в первую очередь к себе.

— Это, наверное, черта, которую сформировала семья?

— Я родилась в Калуге в семье железнодорожника. Отец имел три высших образования:окончил артиллерийскую академию в Ленинграде, железнодорожный институт и институт хлопководства в Ташкенте. Объездили всю Среднюю Азию. Он родом из Тамбовской губернии. Его отец, мой дедушка, плотничал. В семье было 16 детей. Жили очень бедно.

— Все ли выжили?

— Кто выжил в 30-е годы, того война скосила. В войну мы жили в Самаре. Отец работал в управлении железной дороги. После войны начали переводить поезда на тепловозную тягу. Именно ему пришлось покупать в Венгрии первые тепловозы для нашей страны. После известных событий в Венгрии 1956 года отца взяли в Министерство путей сообщения и дали в Москве маленькую комнатку в коммуналке.

В 1953 году я поступила в ММСИ. После окончания института работала в железнодорожной поликлинике стоматологом. Я убедилась, что невозможно совершенствоваться в стоматологии, не зная иностранных языков. Поэтому закончила вечернее отделение института иностранных языков им. М. Тореза, овладела немецким. Это очень помогло мне при поступлении в аспирантуру. Ничто не давалось легко.

— Даже аспирантура? При Вашем опыте и знании языка?

— Да, и аспирантура. Но я в срок защитила кандидатскую диссертацию (в 1964 году), а в 1986-ом — докторскую.

У меня муж, сын, внук и три внучки. Конечно, без помощи мужа я бы не смогла проводить выездные курсы, ведь приходится возить с собой приборы и наглядные пособия. Да и моральная поддержка очень важна.

Воспользовавшись присутствием Алексея Павловича, мы спросили его, что он думает об этой яркой, талантливой женщине, неутомимой путешественнице, которая стала его верной спутницей в жизни.

— Золото. И как жена, и как хозяйка, и как бабушка. Это при таких-то нагрузках на работе! Когда совсем уже устанет, тогда в выходные едем на дачу. Любовь к земле у нас осталась от родителей.

— Валентина Александровна, в завершение — традиционный вопрос, который мы задаем всем гостям дентартовской «Гостиной»: что бы Вы пожелали своим коллегам во всех странах, городах и весях, где читают наш журнал?

— Учиться. Тогда глаза будут всегда молодые, стареть не будете, продлите себе жизнь и сделаете ее по-настоящему творческой. Я всю жизнь учусь, надеюсь какое-то полезное дело благодаря этому для людей сделать, и может быть, что-то даже сделать впервые…

— Успехов Вам! И до новых встреч — в Полтаве, Киеве, Надыме, Новосибирске — везде, куда Вас приведет Ваша неспокойная судьба Дон Кихота стоматологии!

Беседовала Анна Антипович.
Фото Сергея Радлинского и из архива
Валентины Хватовой.

Наверх